Я тысячами душ живу в сердцах Всех любящих, и, значит, я не прах, И смертное меня не тронет тленье.
Духовное бессмертие через человеческую любовь
Рождение откровения в мастерской
Признаюсь, к закату жизни меня грыз страх забвения. Сидя в запыленной мастерской, я гладил мрамор только что законченной скульптуры и думал: «Исчезну, как пепел, а творения переживут меня лишь на миг», и жалкая участь плоти казалась неотвратимой. Но однажды, любуясь сиянием глаз девушки, смотревшей на мое творение, я испытал потрясение — ведь она одарила его искренним чувством, сделав живым!
И тут меня осенило: любая искренняя любовь к моим творениям, как многотомная книга, вписывает в меня страницы вечности. Тогда родились эти строки — не из тщеславия, а из мучительного поиска. Я вдруг ясно узрел: частица души переживает жернова времени только через восхищение других сердец. Теперь, когда я произношу: «Смертное меня не тронет тленье», — это не хвастовство, а открытие, что любовь — единственный мост от праха к бессмертию.