Смешные они, те твои люди. Сбились в кучу и давят друг друга, а места на земле вон сколько... И все работают. Зачем? Кому? Никто не знает. Видишь, как человек пашет, и думаешь: вот он по капле с потом силы свои источит на землю, а потом ляжет в нее и сгниет в ней. Ничего по нем не останется, ничего он не видит с своего поля и умирает, как родился, - дураком... Что ж, - он родился затем, что ли, чтоб поковырять землю, да и умереть, не успев даже могилы самому себе выковырять? Ведома ему воля? Ширь степная понятна? Говор морской волны веселит ему сердце? Он раб - как только родился, всю жизнь раб, и все тут!

Бессмысленность человеческого труда и рабская зависимость от рутины

Откровение на закате

Гуляя вдоль бескрайнего поля под багряным закатом, я заметил одинокого пахаря. Его сгорбленная фигура механично двигалась за плугом, капля пота смешивалась с пылью на висках. Вдруг меня пронзила мысль: этот человек родился здесь, и здесь же растворится в земле, которую тридцать лет ковырял. Ни разу не подняв головы к облакам, не услышав шепота степи. В деревне такие же измученные люди, будто стадо испуганных овец, теснились в покосившихся избах, день за днём повторяя бессмысленный ритуал выживания. Я смотрел, как закат золотит его спину, и понял: они даже не успеют выкопать себе могилы — просто упадут в ту самую землю, что вечно кормила их цепями. Рабами рождаются. Рабами умирают. И никто не спросит: зачем?