Человек принадлежит своему веку и своей расе даже тогда, когда борется против своего века и своей расы.

Неразрывная связь человека с историческим и культурным контекстом

Рождение афоризма сквозь дым революции

Сидя в своем парижском кабинете в 1871 году, ощущая отголоски пушек Парижской Коммуны за окном, я вдруг остро осознал парадокс: даже самые яростные революционеры, пытающиеся сокрушить порядок вещей, едят пищу своей эпохи, дышат её воздухом и мыслят категориями, которые отрицают. Ведь идеи, подсказавшие мне эту мысль, родились не в вакууме — они сплелись из споров с европейскими коллегами во время Восточных экспедиций, чтения Канта при свете турецких фонарей и наблюдений за сопротивлением ирландцев английскому владычеству. Философское инстинктивное понимание своего века не покидает человека, как тень, даже когда он с мечом выступает против него.

Записывая эту мысль в дневник, я улыбнулся, припомнив кипучую молодость семинариста, восставшего против католических догм. Ведь мой собственный рационализм вырос из того самого религиозного пыла, который я критиковал! И именно тогда окончательно оформилась формула: мы не можем выпрыгнуть из своей шкуры времени и крови, ибо именно они дают нам язык противоречий. Каждая попытка борьбы с эпохой — её диалектическое порождение.