Для здорового человека жизнь, собственно говоря, лишь неосознанное бегство, в котором он сам себе не признается, - бегство от мысли, что рано или поздно придется умереть. Болезнь всегда одновременно и напоминание, и проба сил. Поэтому болезнь, боль, страдание - важнейший источник религиозности.

Экзистенциальная роль страдания в осознании смертности

Отчаяние в пражской ночи

Потолил фитиль керосиновой лампы, глядя, как ноябрьский дождь бьет по оконному стеклу моей пражской комнаты. Снова – приступ. Тело сковала знакомая дрожь, каждый вдох давался с трудом. В эти часы беспричинных страхов и физической немощи меня настигал единственный невыносимый вопрос: зачем жить, если всему конец? Здоровые люди бегают по своим делам, кричат, строят планы, будто смерти не существует. Но я видел – их суета лишь бегство от бездны. А болезнь... она освобождает от иллюзий. Когда боль приковывает к постели, уже не спрячешься за делами. Ты остаешься наедине с вечностью. В один из таких ночных кошмаров и родилось откровение: каждое страдание не только напоминает о конце, но проверяет способность ему противостоять. Жар превращался в штурм невидимых врат. Искалеченная плоть вдруг стала мостом – там, где умолкает разум, начинается вера. Что это, как не проба сил души? Так страдание претворяется в молитву.