Первостепенность нравственной чистоты перед славой
Я помню запах оливковых венков и возбужденный гул толпы, когда молодого трибуна чествовали за доблесть в испанской кампании. Приклонив колено перед сенаторами, он ждал моего слова как цензора. Но я молчал — незадолго до подвига этот воин самовольно покинул ночной дозор, что стоило жизни двум легионерам. Когда все взгляды обратились ко мне, я произнес слова, позже ставшие крылатыми: «Предпочел бы остаться без награды за храбрость, лишь бы не избежать наказания за беспечность». Шум стих — коррупция и попустительство в Риме достигли предела, и здесь, на Форуме, эти слова разрезали лицемерие как нож.
Позже молодёжь спрашивала: «Почему ставите чистоту выше подвигов?» Отвечал им: «Любой может раз проснуться героем. Но величайшая власть — всегда помнить, как золото лаврового венка гаснет перед вечным огнем совести». Это кредо родилось из наблюдений: республики рушатся, когда чествуют триумфаторов, забывая судить их ошибки.