Многие, раз сознавшись в своем недостатке, не считают уже нужным от него отказаться.

Психология самооправдания

Маска откровенности

Заметила странную закономерность на своих литературных вечерах: граф Штауфен однажды громогласно сознался, что чудовищно скуп, добавив с улыбкой — «Но разве не обаятелен мой скряжничекий нрав?». В тот вечер он отказался жертвовать беспризорникам, хотя минуту назад живописал их тяготы. Позже видела баронессу Л., изящно каявшуюся в сплетнях — и сразу начинавшую обсуждать наряды герцогини. Казалось, их признания были не криком души, а ритуалом, снимающим вину.

Так родилась мысль: сказав «я такой», они превращали недостаток в оправдание. Слова «да, я слаб» незаметно подменялись в сознании на «а значит, могу не меняться». Это было хитроумное самообольщение: признание словно оплачивало карточный долг перед совестью, оставляя привычки нетронутыми. Страшнее всего — они искренне считали этот способ душу успокоить высшей мудростью, не видя, как тюрьма собственных слов лишает их ключей к свободе.