Ад - это жизнь с этим телом, которая все же лучше, чем небытие.

Ценность существования перед лицом страдания

Зной и Откровение: Как Камю нащупал край бездны

Помню тот алжирский вечер, липкий от влаги и отчаяния. Я, Альбер Камю, метался в лихорадке — старый враг, туберкулёз, снова сжигал лёгкие, превращая каждый вдох в пытку. Тело, эта хрупкая крепость страданий, подводило опять. У окна гостиницы, глядя на безжалостно мерцающее Средиземное море, я ощутил это с жуткой ясностью: да, мое существование — словно ад. Боль, усталость, постоянная угроза распада. Но тут же, как удар молнии, пришло другое: мурашки по коже не от холода, а от жуткой притягательности альтернативы — небытия. Полной, окончательной пустоты. И я схватил карандаш, почти сломанный, и записал на обороте квитанции: «Ад — это жизнь с этим телом, которая все же лучше, чем небытие». Это не стоицизм и не надежда, а горькое признание фундаментального парадокса: даже сквозь пламя мук наше «я», хрупкое и страдающее, цепляется за сам факт быть против непостижимого ужаса ничто.