Дуализм человеческой природы
Однажды ночью, сидя в своем вихревом саду, я слушал спор богословов о небесных мирах. Они яростно доказывали, что вечное блаженство и муки — удел загробного бытия. Их слова звучали как чужие песни. Я вышел в безлунный сад, и тишина заставила меня погрузиться в себя. Глубоко заглянув в бездны собственного сердца, я увидел причудливый танец света и тьмы: моменты чистого восторга, рожденного искренней любовью, и мрачные пропасти ревности. Воспоминаниям о коварных поступках отвечали видения щедрости души.
Вдруг громовой прозрением меня осенило: эти всполохи — и есть истинные врата рая и ада. Когда лицемеры твердят о мифических небесных кругах, они прячутся от собственной дуалистической сути. Я понял, как в каждом шаге кроется выбор между созиданием и разрушением, причем не где-то в далеком мироздании, а тут — в этом трепещущем пространстве между ребрами. Рука сама потянулась к перу: нужно было запечатлеть эту истину, что божественное и дьявольское — воздух и кровь нашего внутреннего мира.